Полина. Каким же образом?
Годар. Вы не понимаете? Разве графиня, ваша мачеха, ничего не говорила вам обо мне?
Полина. Как же! Одевая меня, вот только что, она наговорила о вас столько хорошего!
Годар. А вы согласны хоть с крупицей того, что ей угодно было...
Полина. О, со всем согласна, сударь!
Годар (усаживаясь в кресло, в сторону). Все идет как по маслу! (Вслух.) Неужели она, на мое счастье, выдала меня и сказала, что я влюблен в вас страстно, что я хотел бы видеть вас хозяйкой Римонвильского замка?
Полина. Она лишь намекнула, что вы приехали сюда с намерением, которое должно мне быть бесконечно лестно.
Годар (становится на колени). Я люблю вас, мадемуазель, люблю безумно! Что против вас мадемуазель де Блонвиль, мадемуазель де Клервиль, мадемуазель де Вервиль, мадемуазель де Пон-де-Виль, мад...
Полина. О, довольно, сударь! Я просто смущена таким обилием доказательств столь неожиданной для меня любви. Какое множество жертв! Батюшка ваш довольствовался тем, что гонял свои гурты, вы же их всех готовы отправить прямо на бойню.
Годар встает.
Годар (в сторону). Ай, ай, она, кажется, надо мной смеется. Погоди же ты у меня!
Полина. Следовало бы по крайней мере немного подождать. И признаюсь вам...
Годар. Вы еще не хотите замуж? Вам хорошо живется при родителях, и вы не хотите расстаться с батюшкой?
Полина. Вот именно.
Годар. В таких случаях мамаши обычно говорят, что дочки их еще слишком юны; но так как ваш батюшка сказал мне, что вам уже двадцать два года, я и предположил, что вы, вероятно, не прочь обзавестись своим домом.