Полина. По-моему, никаких родственников у нас здесь нет.

Генерал. Чем же тебе не нравится бедняга Фердинанд, что ты не хочешь...

Полина. Ха! Ха! Кто это рассказал вам такую небылицу! Уж наверное, графиня.

Генерал. Небылица! Так это неправда? Ты никогда не думала об этом славном молодом человеке?

Полина. Никогда!

Гертруда (шепотом генералу). Она лжет. Наблюдайте за нею.

Полина. У графини, очевидно, имеются какие-то причины предполагать во мне склонность к приказчику моего отца. Ох, вижу, она заставит тебя сказать: «Если ваше сердце, дочь моя, не занято, выходите за Годара». (Шепотом Гертруде.) Это недостойный прием, сударыня. Заставить меня при отце отречься от моей любви! Я вам этого не прощу!

Гертруда. Пожалуйста! Но вы выйдете за Годара.

Генерал (в сторону). Они не в ладах, что ли? Расспрошу-ка Фердинанда. (Вслух.) О чем это вы шепчетесь?

Гертруда. Твоя дочь недовольна, что я осмелилась предположить в ней склонность к нашему служащему. Она этим глубоко оскорблена.

Генерал. Значит, ты его совсем не любишь?

Полина. Папенька, я... я ведь не прошу вас выдавать меня замуж. Мне и так хорошо! Единственное, что бог даровал нам, женщинам, в полную собственность, — это наше сердце. Графиня мне не мать, и я не понимаю, почему она вмешивается в мои чувства.

Гертруда. Дитя мое, я забочусь только о вашем счастье. Я вам мачеха, но если бы оказалось, что вы любите Фердинанда, я...

Генерал (целуя руку жены). Какая ты у меня добрая!

Полина (в сторону). Я задыхаюсь. О, до чего же мне хотелось бы причинить ей зло, как можно больше зла!