— Представь меня своему другу, Кэрол, — натянутым голосом предложила она, — а потом, пока мы будем мило беседовать, ты сможешь, пожалуй, пойти и накинуть на себя какую-нибудь одежду.

— Почему бы тебе не выпить, дорогая сестренка? — сладким голосом спросила Кэрол. — Но если тебе так уж не терпится поскорее запрыгнуть в постель вместе с Дэнни, тогда, пожалуй, я налью выпить вам обоим чуть позже.

Лицо Эллен густо залила краска.

— Да как ты смеешь говорить мне такое? Я не потерплю, чтобы ты дефилировала полуобнаженной перед своими дружками — вряд ли их можно назвать джентльменами! — пока меня нет дома. Немедленно пойди и оденься!

— Дорогая, — сладчайшим голосом произнесла Кэрол, — а у меня для тебя новость. Отныне старому пуританскому режиму пришел конец. Ты и я, мы обе, только что ступили в мир, где все дозволено. Впредь в нашем доме будет совсем иной порядок.

— Ты, должно быть, пьяна или свихнулась, — мрачно отозвалась Эллен.

Кэрол поставила стакан и вышла из-за стойки бара.

Я во все глаза следил, как она не спеша пересекает комнату, виляя всем телом, дабы добиться максимального эффекта от своей сексапильности. Полные груди совсем вылезли наружу из глубокого декольте миниатюрной ночной рубашки, и сейчас колыхались в такт шагам Кэрол, а прелестная попка вызывающе вихляла упругими полушариями ягодиц. Кэрол остановилась, не доходя двух футов до старшей сестры, и положила руки на бедра.

— Ну, так что ты мне говорила? Про какой-то там загородный санаторий? — Ее интонация была сплошной издевкой. — Ну, то самое место, где моя рассудительная старшая сестра, по ее словам, занималась физическими упражнениями для достижения гармонии тела. Единственное, чего ты мне не сообщила, какими именно упражнениями, и для каких именно частей тела, и какие мышцы конкретно достигли наивысшей эластичности к тому времени, когда ты закончила оздоровительный курс.