"Вдруг лицо дирижера просияло и засветилось счастьем. Губы его улыбнулись. Одно из трудных мест было пройдено первыми скрипками более чем блистательно. Это приятно дирижерскому сердцу. У моей рыжеволосой героини стало на душе тоже приятно, как будто бы она играла на первых скрипках или имела дирижерское сердце" [С.1; 443].

Если в первом случае для сравнения привлекается только одна ситуация "точно пюпитр был виноват в том, что...", - то здесь уже два варианта. Влюбленная певица от души радуется и за скрипачей, и за дирижера. Ее состояние сравС.16

нивается с состоянием музыкантов, хорошо отыгравших трудное место, и с состоянием дирижера, довольного их игрой.

Удвоение гипотетической части оборота делает ее еще более предположительной, гадательной. Не исключено, что писатель таким образом попытался усилить художественный эффект.

Но вот происходит страшное, срывается занавес: "Наверху что-то зашумело, точно подул ровный ветер..." [С.1; 443].

Всеобщее замешательство после нелепого происшествия на сцене тоже передается этой формой:

" - Вы губите нас! - шипел антрепренер...

Занавес пополз вниз медленно, волнуясь, нерешительно, точно его спускали не туда, куда нужно..." [С.1; 444].

Можно спорить о том, почему Чехов обратился здесь именно к этим формам, но использованы все же они, конструкции с "точно" и "как будто бы".

Для писателя уже было очевидно, что данные формы способны в равной мере успешно решать художественные задачи и юмористического очерка, и сценки, и серьезного рассказа, и "маленького романа".

Такие сравнительные обороты оказались гибким, многообещающим средством, помогающим создавать интересные, глубокие образы. С.17

Глава II

ПРОДОЛЖЕНИЕ ПОИСКОВ

Совершенно очевидно, что мы столкнулись с особым интересом А.Чехонте к сравнительным конструкциям определенного вида, создающим весьма специфические художественные эффекты.