Передонов отвязался наконец от Ершовой и возвратился дамой один, Ершова и точно утомилась и пошла домой спать. Володин встретил Передонова радостным хохотом и криком:

- И в зале напачкали! Ура!

- Ура! - закричал Передонов и захохотал громко и отрывисто, словно выпаливая свой смех.

Закричали "ура" и дамы. Началось общее веселье. Передонов крикнул:

- Павлушка, давай плясать!

- Давай, Ардальоша, - глупо хихикая, ответил Володин.

Они плясали под петлею, и оба нелепо вскидывали ноги. Пол вздрагивал под тяжкими стопами Передонова.

- Расплясался Ардальон Борисыч, - заметила Преполовенская, легонечко улыбаясь.

- Уж и не говорите, у него все причуды, - ворчливо ответила Варвара, любуясь однако Передоновым.

Она искренно думала, что он - красавец и молодец. Самые глупые поступки его казались ей подобающими. Он не был ей ни смешон, ни противен.

- Отпевайте хозяйку! - закричал Володин. - Давайте подушку!

- Чего ни придумают! - смеясь говорила Варвара.

Она выкинула из спальни подушку в грязной ситцевой наволочке. Подушку положили на пол за хозяйку, и стали ее отпевать дикими, визгливыми голосами. Потом позвали Наталью, заставили ее вертеть аристон, а сами, все четверо, танцовали кадриль, нелепо кривляясь и высоко вскидывая ноги.

После пляски Передонов расщедрился. Одушевление, тусклое и угрюмое, светилось на его заплывшем лице. Им овладела решимость, почти механическая, - может быть, следствие усиленной мышечной деятельности. Он вытащил бумажник, отсчитал несколько кредиток и, с лицом, гордым и самохвальным, бросил их по направлению к Варваре.

- Бери, Варвара! - крикнул он: - шей себе подвенечное платье.