
- Пивка позволите вам налить? - быстро спросила Вершина.
На столе стояли стаканы, две бутылки пива, мелкий сахар в жестяной коробке, ложечка мельхиоровая, замоченная пивом.
- Выпью, - отрывисто сказал Передонов.
Вершина посмотрела на Марту. Марта налила стакан, подвинула его Передонову, и при этом на ее лице играла странная улыбка, не то испуганная, не то радостная. Вершина сказала быстро, точно просыпала слова:
-- Положите сахару в пиво.
Марта подвинула к Передонову жестянку с сахаром. Но Передонов досадливо сказал:
- Нет, это - гадость, с сахаром.
- Что вы, вкусно, - однозвучно и быстро уронила Вершина.
- Очень вкусно, - сказала Марта.
- Гадость, - повторил Передонов и сердито поглядел на сахар.
- Как хотите, - сказала Вершина и тем же голосом, без остановки и перехода, заговорила о другом: - Черепнин мне надоедает, - сказала она и засмеялась.
Засмеялась и Марта. Передонов смотрел равнодушно: он не принимал никакого участия в чужих делах, - не любил людей, не думал о них иначе, как только в связи со своими выгодами и удовольствиями. Вершина самодовольно улыбнулась и сказала:
- Думает, что я выйду за него.
- Ужасно дерзкий, - сказала Марта, не потому, что думала это, а потому, что хотела угодить и польстить Вершиной.
- Вчера у окна подсматривал, - рассказывала Вершина. - Забрался в сад, когда мы ужинали. Кадка под окном стояла, мы подставили под дождь, - целая натекла. Покрыта была доской, воды не видно, он влез на кадку да и смотрит в окно. А у нас лампа горит, - он нас видит, а мы его не видим. Вдруг слышим шум. Испугались сначала, выбегаем. А это он провалился в воду. Однако вылез до нас, убежал весь мокрый, - по дорожке так мокрый след. Да мы и по спине узнали.
