Судя по всему, он был самым популярным лицом в военно-воздушных силах и, вероятно, вообще в стране, и это не на шутку тревожило друзей президента. Блестящий офицер. Скотт обладал тем сочетанием добродушия, сильной воли и обаяния, которое люди считают признаком каждого выдающегося руководителя. Свое прозвище он получил еще в средней школе за безупречную внешность и за редкую способность на лету усваивать манеры взрослых.

— Адъютант генерала полковник Мердок принес мне телеграмму в семь двадцать пять утра, я еще и глаза не успел как следует продрать. — Кейси слушал болтовню Хафа краем уха. — На ней было целых пять адресов, и все о какой-то ставке на скачках в Прикнессе. Вот если бы бюджетная комиссия конгресса узнала, какие телеграммки проходят через мои руки, особенно по воскресеньям!

Кейси взглянул на развалившегося в кресле Хафа.

— Ну, в лошадях-то генерал Скотт разбирается, — лениво заметил он. — На какую же он хочет ставить?

— Об этом там ничего не говорилось, речь шла только о каких-то заявках на его имя и о том, чтобы они не опоздали с ними.

Хаф порылся в кармане своей свеженакрахмаленной рубашки («По крайней мере хоть рубашки у него чистые», — подумал Кейси), достал телеграфный бланк и прочитал вслух:

— «Последняя заявка ежегодный пул в Прикнессе. Уже вручил свои десять долларов Мердоку. При равном количестве очков ваш выбор выиграет, если пройдет на несколько корпусов вперед. Срок взноса — пятница семнадцать ноль-ноль по Гринвичу. Начало заезда — суббота восемнадцатого мая девятнадцать ноль-ноль по Гринвичу. Скотт».

Кейси протянул руку за телеграммой. Он заметил, что она написана рукой Хафа, и решил прочитать ему небольшую нотацию.

— Черт возьми, Дорси! Вы же знаете, что правила секретного делопроизводства запрещают снимать копии с шифровок.

Но Дорси и бровью не повел.

— Вот будет номер, полковник, — протянул он, — если соберут офицерский суд и накажут меня за разглашение букмекерских махинаций Джентльмена Джима на тотализаторе!