Но полной уверенности в том, что незнакомая девушка с ходу раскрыла мне всю подноготную, не было.

– Ну что? – спросила Лера, по моим глазам пытаясь определить, какой эффект произвел на меня ее рассказ. – Уже не хотите помочь мне?

– А чем я могу помочь вам?

– Представиться моим бойфрендом.

– Кем-кем?

– Бойфрендом, – повторила Лера и смутилась оттого, что это слово не было мне знакомо. – Ну, так сейчас говорят. Это значит, другом… В общем, парнем, который со мной ходит.

– Вы серьезно?

– А почему бы и нет? В конце концов, я имею право на чистую репутацию.

– А не лучше ли навсегда вычеркнуть этих людей из памяти? – предложил я то, чего сам бы никогда не сделал. Я не привык молча сносить пощечины или плевки.

– Вычеркнуть из памяти? – возмутилась Лера. – Они думают обо мне бог весть что…

– А что они о вас думают? – перебил я. – Это похоже на правду?

– Что – это? – Лера сделала вид, будто не поняла.

– Ну… Потные руки, спущенные штаны…

– Это вас не касается, – холодно ответила она, сняла очки и принялась протирать их платком.

– Значит, – немедленно сделал я вывод, – все поверили в ваше авторство потому, что в записке достаточно правды?

– Не имеет значения, – искривляя губы, произнесла Лера, – много там правды или нет. Истина в том, что записку писала не я! Меня оклеветали, оболгали, и вообще, я понесла моральный урон.

– И теперь вы хотите сатисфакции?

– Да, хочу! – твердо произнесла Лера.

– И крови?

Это слово вырвалось у меня нечаянно, но Лера мгновенно отшатнулась и посмотрела на меня с испугом.

– Что?! Какой крови?

– Это так говорят, – поспешил я исправиться. – Жаждать крови – значит желать мести.