– Кто бы подумал, что нашего Артура будет тошнить?

– Да не тошнит меня вовсе. Устал немножко, и все. Но если вы хотите продолжать – пожалуйста, я вам игру портить не собираюсь.

– Молодчина, Артур. И нисколько его не тошнит. Эй, Билл, не зевай, карты сейчас упадут. Опять нас подымает.

– Может, повторим, друзья? Того же?

– Того же.

– Твое здоровье, Артур. Ваше здоровье. Чтобы не в последний.

– Кто сдает? Ведь последним сдавали вы, мистер Гендерсон?

– Да, теперь сдавать Артуру.

– Тебе сдавать, Артур. Гляди веселей, приятель.

– Перестань! Разве можно так хлопать человека по спине!

– Не спутай карты, Артур!

– Попробуй не спутать, когда тебя так хлопнули по спине. Устал я.

– Ну вот, у меня оказалось пятнадцать карт.

– А этот вы слышали? – сказал журналист. – Как один человек из Абердина очень любил бриллианты, до того любил, что, когда надумал жениться, выбрал жену с солитером. Здорово, а? Понимаете, у нее был солитер, а он, понимаете, любил бриллианты. А жил в Абердине. Ловко, ничего не скажешь.

– Знаете, я, пожалуй, выйду ненадолго на палубу. Здесь что-то душновато.

– И не думайте. Там все время заливает. Или, может быть, вас мутит?

– Ни капельки не мутит. Я просто подумал, что на свежем воздухе… О черт, да когда же это кончится?

– Держитесь, дружище. Я бы на вашем месте не стал прогуливаться. Лучше сидеть, как сидели. Глоток виски, вот что вам требуется.

– Меня не мутит. Просто здесь душно.

– Правильно, дружище. Уж вы мне доверьтесь.

Игра в бридж явно не клеилась.

– Эй, мистер Гендерсон, это еще что за пика?

– Туз, а то что же?

– Вижу, что туз. Я про то говорю, что нельзя вам было брать взятку козырем, когда у вас на руках была пика.

– Почему это нельзя было козырем? Ведь пошли-то с козыря.

– Ничего подобного. Артур пошел с пики.

– Нет, с козыря. Так ведь, Артур?