Конечно, штатный пилот НИИ ВВС не мог не знать об этой роковой особенности своей машины. И одному Богу известно, почему он не сумел справиться с ней в критический момент. До самого конца Вишневецкий так и не вышел на связь с землёй. Возможно, будь посадочная скорость истребителя чуть меньше, всё могло бы кончиться иначе.
Потом товарищи погибшего ещё долго будут пытаться как-то объяснить причину трагедии. Но в итоге «МиГ» перевернулся, лёг «спиной» на взлётно-посадочную полосу и заскользил по бетону, высекая снопы искр. Стесав киль и фонарь кабины вместе с головой пилота, самолёт сошёл с полосы и уткнулся носом в капонир. Но его двигатель продолжал работать, а топливо вытекать из пробитых баков. Так что ещё почти десять минут никто из аэродромной обслуги не смел приблизиться к изуродованной машине из-за опасности взрыва…
Всех поразила реакция вернувшегося из вылета Крымова. Едва выбравшись из кабины, генерал принялся громко материть командира истребительного полка, обвиняя его в случившемся. Якобы это Зорин не обеспечил должное прикрытие группе и поэтому она попала под внезапный удар противника. Вскоре начали садиться самолёты полка. Крымов с мокрым от пота и багровым от ярости лицом набросился на устало спрыгнувшего с крыла своего «МиГа» подполковника:
— Что же ты, б… такая, сделал! Да я тебя, суку, под трибунал!!!
Генерал с размаху ударил Зорина по лицу. Подполковник пошатнулся, у него пошла носом кровь. Эта безобразная сцена происходила на глазах многочисленных свидетелей.