Она строго кивнула головой.

– Из-за чего? – спросил Габриел, улыбаясь ее торжественному тону.

– Кто такой Г. К.? – спросила мисс Айворз, пристально глядя ему в лицо.

Габриел покраснел и хотел было поднять брови, словно не понимая, но она резко сказала:

– Скажите, какая невинность! Оказывается, вы пишете для «Дейли экспресс»

– Почему мне должно быть стыдно? – сказал Габриел, моргая и пытаясь улыбнуться.

– Мне за вас стыдно, – сказала мисс Айворз решительно, – писать для такой газеты! Я не знала, что вы англофил.

На лице Габриела появилось смущенное выражение. Он в самом деле давал литературный обзор в «Дейли экспресс» по средам и получал за него пятнадцать шиллингов. Но из этого еще не следует, что он стал англофилом. В сущности, он гораздо больше радовался книгам, которые ему присылали на рецензию, чем ничтожной оплате. Ему нравилось ощупывать переплеты и перелистывать свежеотпечатанные страницы. Почти каждый день после занятий в колледже он заходил к букинистам на набережной – к Хикки на Бэчелор-Уорк, к Уэббу или Мэсси на Астонской набережной или в переулок к О'Клоисси. Он не знал, что ей возразить. Ему хотелось сказать, что литература выше политики. Но они были давнишними друзьями, вместе учились в университете, потом вместе преподавали; с ней неуместны выспренние фразы. Он все моргал, и все старался улыбнуться, и наконец невнятно пробормотал, что не видит никакой связи между политикой и писанием рецензий.

Когда они вновь встретились в танце, он все еще был смущен и рассеян. Мисс Айворз быстро сжала его руку в своей теплой руке и сказала дружески и мягко:

– Полно, я пошутила. Скорей, наша очередь расходиться.

Когда они опять оказались вместе, она заговорила об университетском вопросе

Потом она вдруг сказала:

– Да, кстати, мистер Конрой, не примете ли вы участие в экскурсии на Аранские острова

– Она оттуда родом, – сухо сказал Габриел.

– Так, значит, едем, решено? – сказала мисс Айворз с жаром, тронув его руку своей теплой рукой.