Я буду говорить как человек, как христианин, как муж, как отец, как сын и как патриот.

Это очень здорово. Это отлично, прекрасно, великолепно. Чего же мы никогда и никого не хвалим?

Надо хвалить. Засыпали яму – отлично! Запели – великолепно!

Протянули газопровод – здорово! Никого при этом не убили – хорошо!

Вышли в море – чудно! Не утонули – превосходно!

О моих мыслях

Некоторые интересуются: о чем я все время думаю?

Я думаю о том, как бы в канализационный люк не попасть.

Потому что идешь, все время подбираешь слова, а люки не всегда плотно закрыты.

Так что приходится и слова подбирать, и о люках думать.

Так что. Слова – люки, слова – люки, слова – люки. Так и живем.

О побудительном мотиве

Что служит мне побудительным мотивом к письму? Многое служит. Например, солнце, ветер, вода или падение на меня сверху частичек птичьего помета. Порой они, те частички, становятся самым-самым побудительным мотивом. Просто тянет после них к столу – я даже не знаю! Просто не оторвать.

Какнули на рожу – и немедленно за перо, и мысли, мысли – потекли, потекли, легко, быстро, свободно, без каких бы то ни было дополнительных помех и возражений, без придирок, беспокойств, волнений, препятствий, отказов, докук, притеснений, преград, лишений и затруднений; и легкость образов необычайная, сочность мазка – вкуснота слога, одним словом. То есть все как у птиц.

О совершенстве

Всем хочется совершенства.

Это и странно. Совершенство безродно. Оно не способно ничего породить.

О нравственной честности

Как ни неприятно относится с недоверием к столь милой добродетели, как нравственная честность, в случае, когда речь заходит о чиновниках, должен заметить, что это неудобство удается легко преодолеть, направив свои рассуждение в сторону таких деяний, как растерзание на месте или, по меньшей мере, суд господина Линча.

О Боге

Человека далеко не пускают и не награждают его умом.