Они кладут ему мармелад в рот и щекочут ему поясницу, чтоб проглотил.

Так чиновник приучается к ненависти. Он ненавидит и детей, и мармелад.

И это хорошо!

Хоть какое-то чувство.

О цветении

Каждый чиновник сам выбирает себе время цветения. Сначала у него от жадности лопаются чешуйки, скрывающие от нас бутон, а потом, а потом во все стороны разливается дивное благоухание.

О доброте сердечной

В чем можно упрекнуть наших отцов, так это в доброте сердечной. Из-за нее они не кромсают нас ни ножами, ни вилками, не вгрызаются, держа в уголках своего рта, не сплевывают в стороны, не икают и не рыгают.

Об ипохондрии и меланхолии

Тут замешаны ипохондрия и меланхолия. Словом, это болезнь духа, души или чего еще там у нас имеется.

После выборов все время хочется вытянуть ноги, кои разуты, и поместить их в прохладу ручья-я-я-я…

О мечтаниях

В мечтаниях своих я уношусь далеко-далеко. Там я хочу увидеть каждого чиновника в гробу. И еще я хотел бы получить возможность ощупать те гробы на тот предмет, нет ли у них карманов.

О христопродавстве

Да. Был когда-то такой грех у одного, в общем-то, несчастного человека. Он еще, помнится, потом повесился.

Справедливости ради надо отметить, что само по себе предательство чего-то очень светлого там у себя глубоко внутри здорово с тех пор распространилось, а вот число повесившихся как-то совсем не увеличилось.

О свидетельствах в пользу любви

Произнеся «Отечество», он вырос на целый дюйм. Глаза мои в тот же миг увлажнились, сердце изменило свой ритм, селезенка екнула, как у боевой лошади, желудок квакнул, кишечник пукнул. Существуют ли другие свидетельства в пользу любви?

О цветках в условленном месте

Пришел с работы, мысленно снабдил всех придурков цветками в условленном месте, после чего они у тебя в воображении ходят враскорячку и ищут вазу для отложения в нее полученного подарка.