Что касается Мэри, то ему лучше навсегда уйти из ее жизни. Она должна получить свободу. Несколько месяцев девушку будут терзать сомнения, потом она решит, что он ее бросил, и естественное возмущение ожесточит сердце любимой против него. Еще через год-два природа потребует свое и Мэри выйдет замуж.

Итак, проблема вроде бы решалась наилучшим образом. Правда, Закон Божий запрещает самоубийство, но в Бога пускай верят дураки, а не люди, подобно ему честно зарабатывавшие себе на жизнь и увидевшие, как все плоды их трудов превратились в ничто.

Джон подошел к самому краю утеса и внезапно услышал позади голос Дэниела Финли.

Он вздрогнул. На момент его одолело искушение броситься вниз, несмотря на этот оклик, но, если у самоубийства окажется свидетель, весь план пойдет прахом. Поэтому Сэксон повернулся и увидел мрачную физиономию и прямую фигуру направлявшегося к нему адвокат.

— Пойдем со мной, молодой человек, — сказал он.

— Идите своей дорогой и будьте прокляты, — грубо отозвался Джон. — Я хочу остаться один.

— Ну да, — кивнул Финли. — Хочешь остаться один, чтобы спрятаться от жизни, как вор в темном переулке. Неужели, Джон Сэксон, твою душу избили вместе с телом? Ты мужчина или трусливая шавка?

Резкие слова пробудили в юноше гнев, и он угрожающе шагнул к адвокату.

— Не хорохорься передо мной — я знаю тебе цену, — предупредил его Финли. — Ты можешь бушевать сколько угодно, но стоит даже старухе шевельнуть пальцем — и ты съежишься от страха, как ежишься при мысли о Бобе Уизерелле.

Сэксон промолчал. Кипящий в нем гнев не позволял ему найти нужные слова.

— Тебя избили, опозорили, над тобой прилюдно надсмеялись, — продолжал Финли. — Твой дом спалили дотла, а твое стадо украли. Весь город потешается над тем, что с тобой произошло. Боб Уизерелл пьянствует в салуне на денежки, вырученные за твоих коров. А ты, как побитый пес, готов прыгнуть со скалы и покончить счеты с жизнью! — Рукой, лишенной кисти, адвокат сделал знаменитый жест, производивший неотразимое впечатление на присяжных. — Я благодарю Бога, что сделан из иного теста, чем ты! Посмотри на меня — я искалечен, не имею друзей, отрезан напрочь от всех радостей простой человеческой жизни.