Правитель Хороса грустно усмехнулся. Все усилия окрианцев будут напрасны. Астин им не по зубам. Уровень подготовки самрая и агентов службы безопасности несопоставим. Ворх исчезнет, растворится в лесу. Его не найдут даже голодные тапсаны.

Кое-как Саттон добрел до скамьи. Вид отсюда прекрасный. Бескрайнее лазурное море, узкий изогнутый мыс, отливающий золотом песчаный пляж. Волны с тихим шорохом накатываются на берег. Четко очерченный желтый диск Алционы клонится к горизонту. Тихий, приятный вечер.

Брин сел, блаженно вытянул ноги. До здания поста береговой охраны чуть больше двухсот метров. Полуобнаженные наемники играют на пляже в мяч. То и дело раздаются громкие выкрики, брань, смех. Поразительная раскованность, отрешенность от реальности.

А ведь всего несколько дней назад они пробивались сквозь заслоны плайдцев, проливали кровь свою и врагов, теряли друзей. Но никто не печалится, не переживает, не мучается. Солдаты ведут себя так, будто ничего и не было. Война – их обычная работа. Наемники Энгерона привыкли к смерти. Иначе нельзя. Если человек будет постоянно думать об этом, неминуемо сойдет с ума.

У Саттона хорошее зрение и наследника императорского престола он разглядел сразу. Среднего роста, жилистый, необычайно резкий, подвижный. Девятнадцать лет уже зрелый возраст. Юноша окреп, возмужал. У него тонкая кость, как у матери, но мышечная масса наросла. Впрочем, по-другому быть и не могло. За плечами мальчишки тяжелые испытания: шахты Маоры, тренировочный лагерь Тасконы и гладиаторские схватки на Грезе. Он достаточно силен и вынослив.

Куда большие опасения вызывает его душевное состояние, морально-нравственные принципы. Ворх прививал ученику чувство долга, ответственности, но три года рабства внесли свои коррективы. Внешние факторы несомненно повлияли на формирование характера юноши. Появился цинизм, черствость, пренебрежительное отношение к человеческой жизни. В то же время Андрей видел немало горя, боли, страданий. Он прекрасно знает, что такое страх, унижение, побои.