Когда ты покинешь этот дом, то немедленно отправляйся в Варлаам, рыбацкую деревню. Найди там капитана Вима Смитса. Следуй его инструкциям, я полностью ему доверяю.

Ты молод, но я никогда не ставил тебе этого в вину. Возможно, что молодость поможет пройти тебе через борьбу, и когда ты вернёшься в Дом, а ты обязательно вернёшься, я в этом уверен, то самостоятельно поведёшь дела Дома и сохранишь традиции Норрисов.

Поскольку я верю в тебя, пристально наблюдая за тобой все эти годы, я предоставляю тебе свободу самому определить своё будущее. Потому что ты никогда не забудешь, что ты не только сын Дома Норрисов, но и гражданин Нидерландов!

Твой дед».

Линии, образовавшие подпись «Йорис Ван Норрис» внизу страницы, были такими же чёткими, как и первые буквы, но Лоренсу показалось, что они дрожат. Он прочитал письмо всего лишь раз, но мог теперь по памяти процитировать целые строчки и абзацы. Их он должен запомнить навсегда.

Юноша скомкал жёсткую бумагу и бросил её в камин. Поблизости на столе стояла серебряная спичечница и лишь мгновение потребовалось, чтобы поднести горящую щепку к очагу. Он наблюдал как бумага вспыхнула и сгорела, а потом кочергой растёр чёрные листки в пыль.

— Хорошо, что вы это сделали, — Клаас бесстрастно, мягко ступая, снова спустился по лестнице. — Теперь вам пора уходить, минхеер Лоренс. И возьмите с собой этот футляр. В нём ваш паспорт и деньги. Старый туан оформил все необходимые визы.

— Он позаботился обо всём…

— Такие люди, как туан Йорис, только так и поступают, поэтому и живут очень долго.

— Можно ли увидеть его снова, просто, чтобы попрощаться?

— Он сказал нет, минхеер Лоренс. Подождите! — Клаас пристально смотрел в зарешеченное окно, его тело напряглось и застыло. — Они идут!

Лоренсу не нужно было объяснять, кто такие «они».