Коловрат поклонился.

- Вы, ваше величество, благороднейший из земных владык.

- А где же наш отец? - упрямо настаивал мальчик.

- Он в настоящее время далеко отсюда, - поспешил успокоить его Коловрат. - А пока поблагодарите государя и идемте со мной.

Девочка сделала грациозный книксен и подняла взгляд на императора.

- Спасибо, ваше величество.

Мальчик только приподнял шляпу.

- Отчего же ты не поблагодарил его величество за его доброту? - пожурил его граф Коловрат.

- Когда подрасту, отслужу ему службой, - отвечал мальчуган. Императору понравилось, как по-мужски ответил мальчонка. И он с одобрением посмотрел вслед удаляющемуся ребенку.

- Этого мальчика я воспитаю солдатом, Акли.

Думаю, Что это будет самое лучшее, Что я могу для него сделать. Отец его тоже был хорошим солдатом. Ах, Акли! - вздохнул император. - Какое же это великолепное чувство - делать добро! Только... - он задумался на мгновение, Стоит ли говорить об этом вслух, но потом все же решил, что такому верному и маленькому человеку, как Акли, можно поверить свою мысль и потому закончил ее: - Только это дорого обходится, Акли. Вот почему мы так редко делаем добро. И императору тоже приходится быть скупым на добро. Вы же видите, даже господь бог и тот добр да не ко всем подряд... если подумать, то даже и по отношению ко мне - не всегда.

Итак, дети покойного полковника Ковача остались в Лаксенбурге. А когда два дня спустя император увидел их играющими возле пруда - богато и чисто одетых - он даже удивился, какие они красивые и держатся с таким достоинство и благородством, что и сам принялся играть с ними, потом попросил у Илонки удочку и рыбачил до тех пор, пока не поймал для нее карпа, которого было приказано затем зажарить отдельно, на ужин детям.