
Господин Акли рассмеялся.
- Неплохо! Одним словом - с самим собой встретились?
- И не узнал себя! Тысяча чертей! - заорал я. - В кого же я превратился? У меня волосы дыбом встали от мысли об опасности, надо мной нависшей. Раньше, если меня хватала полиция, я всегда в своем старом тряпье мог удостоверить свою личность. Потому что были люди, знавшие меня. А сейчас случись что со мной - не найдется человек, который признал бы меня в этом наряде! Так что первым делом я отослал своего слугу в магазин платья, чтобы он поскорее принес мне мое тряпье, а свой новый костюм я подарил ему. Вот почему не могу я одеваться иначе, увы, это больше невозможно.
- Вы, действительно, оригинал, - заговорил Акли, - и образ мысли ваш по меньшей мере забавен. Однако перейдем к сути дела. Значит вы - барон "Иштван Сепеши и хотите взять в жены нашу подопечную.
- Почему вы говорите нашу подопечную? - торопливо перебил его барон.
Акли слегка смутился.
- Почему? Итак - почему? Ну, пока скажем так: lapsus lingue [я оговорился (лат.)]. Находясь здесь, привыкаешь употреблять королевское множественное число.
