- При чем здесь цветник? - прервал его Микромегас.

- Она подобна, - не унимался секретарь, - собранию блондинок и брюнеток, чьи уборы...

- Иу что мне в ваших брюнетках! - опять прервал его Микромегас.

- Она подобна портретной галерее, где лица...

- Да нет же! - воскликнул путешественник. - Уверяю вас, природа - это просто природа. Зачем вы ищете для нее сравнений?

- Чтобы развлечь вас, - ответил секретарь.

- Я жажду не развлечений, а знаний, - заметил его превосходительство. И для начала поведайте мне, сколько чувств у людей на вашей планете.

- Семьдесят два, - соо.бшил академик, - но мы непрестанно сетуем, что их так ма""о. Воображение наше рвется за пределы отпущенного нам; да, у нас семьдесят два чувства, кольцо вокруг планеты, пять лун, и все же мы сознаем всю нашу ограниченность и, несмотря на пытливость и многочисленные страсти, следствие семидесяти двух чувств, у нас всегда хватает времени скучать.

- Понимаю вас, - промолвил путешественник. - У обитателей моей планеты около тысячи чувств, и все же нас постоянно томит какая-то неясная жажда, смутная тревога, беспрерывно нашептывая нам, что мы ничтожны и что есть существа куда совершеннее нас. Я немного поездил по свету, видел смертных, находящихся на более низком уровне, в сравнении с нами, видел и тех, что намного нас превосходят, но таких, чьи желания совпадали бы с насущными потребностями, а потребности с возможностями их удовлетворения, не встречал. Быть может, когда-нибудь я отыщу страну, где всего в избытке, но пока никто не смог уделить мне точных сведений о ее месторасположении.

Тут сатурнианец и житель Сириуса принялись изощряться в предположениях на этот счет, однако после многих весьма замысловатых, но и весьма туманных умозаключений сочли за благо вернуться к прежней теме.

- Сколько вы живете? - поинтересовался житель Сириуса.

- Ах, безумно мало! - воскликнул малорослый сатурнианец.