Полкан-то из Москвы, чуть ли не из Генштаба. Орет, что уволит и арестует и под трибунал отдаст, причем все это сделает одновременно и прямо здесь, в Ханкале. Короче говоря, пришлось полететь. Сижу в вертолете и прощаюсь с жизнью. Даже солдаты заметили, что я такой белый, как покойник. Прилетели мы в этот аул. Миротворец пошел опять языком чесать. Я бойцов вокруг вертушки расставил, а сам из борта не высовываюсь. Только в иллюминаторы смотрю за своими солдатами. Как обычно местный народец подтянулся, но ходят вокруг и все какие-то хмурые. Сижу час — полкан не идет. Мне уже приспичило поссать, но сижу и терплю. Через два часа возвращается наш полковник. Вокруг него как всегда толпа дедов и чехов-боевиков. Вертолет запускает движок и начинает обороты набирать, а я выскочил наружу чтобы обежать Ми-8 и облить с другой стороны колесо. Ну и заодно собрать группу. Тут из толпы чеченов на меня бросается какой-то дух с вот такенным кинжалом. Орет диким голосом. Его свои задержали, а мои солдаты руку заломали и положили на землю лицом вниз. А он продолжает кричать, что я его брату вчера патроны продал и тот вместе с винтовкой взорвался. Вокруг поднялся шум-гам. Душары тоже начинают заводиться, но их дедушки останавливают. Полковник ничего не поймет. Только что вроде бы мир был, а тут такая каша заваривается… Собрался опять мосты дружбы налаживать… Я ему кричу, что сматываться нужно. Заскочили мы в вертолет и обратно полетели. Хорошо, что вдогонку нам не влупили. Тут уже полкан начал ко мне докапываться, про какие проданные вчера патроны кричал этот чечен. Он же ничего не знает про эти штучки-дрючки. А я делаю непонимающее лицо и говорю, чтобы в следующий раз один, без меня, слетал и узнал все, что его интересует. Потом я пошел в хвост вертушки и за занавесочкой в щель между нижними створками помочился. Сразу легко стало, как будто заново родился. Как прилетели мы на базу, так я сразу бойца за водкой отправил и потом к взрывотехникам пошел отмечать свое второе рождение. Ну а в батальон вернулся, так я сразу к комбату пошел сдаваться и все начистоту выложил. Командир сначала выругал меня за самодеятельность, потом посмеялся и отправил меня готовить группу к выходу. Вот мы сейчас и на боевом задании…