Позавчера я, как старший команды, доставил прошедших шестимесячную подготовку солдат из 22-ой бригады в наш откомандированный на Ханкалу 3-ий Батальон. Сдав по списку молодых бойцов, я стал подыскивать варианты своего благополучного возвращения обратно, на большую землю. В последнее время автомобильные колонны туда не шли. Вертолеты Ми-26, а также Ми-8 и Ми-6, конечно, летали, но «левых» попутчиков старались не брать и оставалось только дожидаться "чартерного рейса военного транспортника, который по имеющимся разведданным должен был состояться через несколько суток.

В первый же день я отправился к своему однокашнику — лейтенанту Коле Тимофееву, который командовал группой во второй роте. В его палатке нашлась свободная койка для меня и вопрос с ночлегом был улажен.

До вечера я провалялся на солдатском ложе, читая найденную на его тумбочке книжку про какого-то страдальца-любовника, который всеми путями старался выбраться из Советского Союза. Обложка и начальные страницы книжки были вырваны и, скорее всего, использованы для нужд военного времени.

— Что, зачитался? — спросил вернувшийся с занятия по ТСП Николай.

Надо бы прочесть, пока вы ее не оприходовали полностью, — Оторвался я от чтения. — Тут такая херня написана, что мы, татары, еще со времен монгольского ига вас, русских ненавидим. Вот я, как махровый представитель башкиро-татарской нации, хочу узнать, какими же способами и методами я вас ненавижу.

— Ну и как узнал? — Заглянул он в страницу. — До этого места я еще не дошел.

— Через месяц дойдешь. Вернее досидишься, — Я захлопнул книжку и, потягиваясь, встал. — Ну я понимаю, страницы. А вот обложку-то зачем было рвать? Даже название не узнаешь. Интересно, кто же автор? С чеченцами нас уже стравили и мы благополучно воюем, на радость нашим врагам. А сейчас русских и татар друг на дружку начинают науськивать…

— Она называется, кажется, «Любожид», а кто написал — не помню. Но судя по тексту, какой-то еврей. Они там все рвутся в свой Израиль, а русские красавицы не хотят их отпускать.