Счет открыла команда Андрюхина. За несколько минут до конца первого периода один из ее нападающих послал шайбу в ворота с такой необыкновенной силой, что Юрин вратарь, пытавшийся рукой удержать шайбу, летевшую под верхнюю планку ворот, не смог это сделать и вскрикнул от боли. А шайба так врезалась в ворота, что прогнула сетку.

С результатом один—ноль команды ушли на отдых. Андрюхин со своей командой остался у ограды. Он заботливо осмотрел каждого игрока, сам поправил им свитеры, тщательно кутая шеи гигантов… Юра и его игроки ушли отдыхать в предоставленный им небольшой павильон.

— Я ожидал всего, но такого… — услышал Юра возмущенный голос одного из защитников.

— Чего вы злитесь? Ведь это чудо! — говорил другой. — Увидите, мы проиграем!

— Ну-ну! — счел нужным вмешаться Юра. — Это что за разговорчики? Лично я не собираюсь проигрывать…

— Это от вас не зависит! — сердито крикнул первый. — Можно собрать команду чемпионов, но и они проиграют!

— Посмотрим! — сурово отрезал Юра.

Едва начался второй период, как первая пятерка во главе с Юрой бросилась в атаку. Кажется, Андрюхин и его атлеты не ожидали такого натиска. Они были опрокинуты, прижаты к воротам и делали одну ошибку за другой.

— Давай! — орали зрители, воодушевленные этим зрелищем. — Давай!

Несколько раз за андрюхинскими воротами вспыхивала красная лампочка. Но каждая из этих вспышек свидетельствовала не о голе, а лишь о слабых нервах того, кто включал лампу… С андрюхинским вратарем ничего нельзя было сделать. Он был непробиваем. Юра попытался затолкнуть его в ворота вместе с шайбой, но вновь ощутил ту же глухую стену, тот же неумолимый чугун.