Я хочу быть

Всего лишь.

"Наутилус Помпилиус"

С облегченным вздохом, плотно усевшись и привалившись спиной к сосновому стволу, Райце-Рох стянул сапог и вытряхнул камешек-надоеду. Подтянул носок, блаженно вытянул ногу и пошевелил пальцами. Стянул второй сапог, глотнул из фляги и внимательным взглядом окинул окрестности. Он не нашел ничего нового, все оставалось прежним - как и на протяжении пяти дней до того.

В кармане Райце-Роха, в солидном бумажнике, хранился снимок, сделанный Ищенко. Где был сам Ищенко, теперь уже не знал никто. Причуда судьбы. Вольно ж было Райце-Роху заинтересоваться именно этим случаем - вот и ищи-свищи Ищенко. Райце-Рох приходил на опушку каждый вечер и ждал дотемна. Ничего не происходило, но он был терпелив и не собирался отступать. Профессор, спец по ситуационной психиатрии, сотрудник КГБ - он давно интересовался событиями в Западной Сибири. Место считалось гиблым, страшным, сведения оттуда поступали самые дикие. Аномалия наступала аномалии на пятки. Профессор не надеялся вникнуть в суть. Практик, изобретатель, талант - Райце-Рох стремился в первую очередь обуздать явление и поставить на службу людям. Если что-то удается приручить, не так уж важно знать, что это такое. Коль скоро приручили - никуда не денется, чем бы оно не было.

Райце-Рох вздрогнул, когда чья-то рука коснулась его локтя. Полное лицо вдруг застыло, обильный жир щек, казалось, обернулся стеарином. Очки оцепенели на переносице, рот слегка приоткрылся. Медленно поворачивая голову, Райце-Рох проверил, расстегнут ли плащ и доступна ли кобура под мышкой.

"С ума не сойдите", - сказали рядом.