— Ну, и где наш вахтенный начальник? — спросил Изреель.

— Спустился вниз десять минут назад, — ответил Дан.

— Наверно, чтобы приложиться к бутылке.

Вахтенный офицер, пожилой датчанин по имени Йене Иверсен, был известный выпивоха. От его одежды вечно разило спиртным и табаком.

— За сегодняшний день Жаку могут жалованье вычесть, — заметил Дан.

Иверсен очень ревностно нес службу и блюл интересы торговой компании. Об опоздании Жака он непременно доложит капитану «Карлсборга», поскольку убежден, что даже те жалкие деньги, которые положено платить матросу в день, — существенный расход для судна.

Дан склонил голову набок и прислушался:

— Кажется, на «Мести» спускают шлюпку. Может, это Жак возвращается?

Он подошел к правому борту и нагнулся, чтобы лучше слышать, что происходит на соседнем корабле. Теперь он явственно слышал скрип талей. Через несколько секунд донеслись голоса — кто-то отдал несколько приказов, затем раздалось несколько свистков.

— Странно, — заметил Гектор. — Если судить по звукам, то корабль собирается сниматься с якоря. Дан, ты что-нибудь различаешь? Что происходит?

Порывом ветра «Карлсборг» развернуло на якоре так, что корпус судна закрыл от Дана корабль буканьеров. Индеец перешел на другое место, откуда было лучше видно, и снова устремил взор в сторону «Мести». Уже достаточно рассвело, и на борту соседнего корабля можно было разглядеть заметное оживление. Матросы лезли на мачты, расползались по реям, на главной палубе виднелась большая группа людей. Согнувшись над чем-то, они медленно двигались по кругу.

— Поднимают якорь! — воскликнул Дан.

— Но где же Жак? — с тревогой спросил Гектор.

— Может быть, они просто хотят отойти немного в сторону, — предположил Изреель. Он стоял рядом с Даном у борта и не сводил глаз с «Мести», уступавшей размерами датскому судну.

— Уж слишком много парусов они для этого ставят.