— И сочувствием,— добавила миссис Баркер.— Ты же знаешь, как я люблю мою дорогую Долли!… Я буду часто приходить к тебе, сестричка, каждый день! Мы будем говорить о Джоне…

— Да, Джейн,— сказала миссис Бреникен,— я буду не переставая думать о своем муже!

Гарри Фелтон вновь прервал разговор:

— Капитан, пора…

— Хорошо, Гарри,— ответил Джон.— Прикажите ставить кливер и бизань. Мистер Эндрю,— обратился молодой капитан к судовладельцу,— шлюпка доставит вас к пристани вместе с моей женой и родственниками… Когда вы пожелаете…

— Сию же минуту, Джон,— ответил Уильям Эндрю,— и еще раз — счастливого пути!

— Да!… Счастливого пути!…— повторили другие провожающие, начав уже спускаться в лодки, стоящие у правого борта «Франклина».

— Прощайте, Лен!… Прощайте, Джейн! — сказал Джон, пожимая обоим руки.

— Прощайте!… Прощайте!…— ответил Лен Баркер.

— И ты, моя Долли, уезжай!… Уже пора!…— добавил Джон.— Паруса скоро наполнятся ветром.

И действительно, когда подняли бизань и кливер, корабль немного закачало, а матросы уже пели песенку:

Когда с тобой красотка —

Гуляй, моряк!

Она тебя забыла —

Наплюй, пустяк!

Придет другая, парень,—

Гуляй, моряк!

Забыла и другая —

Наплюй, пустяк!

С тобою будет третья…

Тем временем капитан Джон подвел свою жену к трапу, и когда она собиралась шагнуть на ступеньку, он, не в силах вымолвить ни слова от волнения, крепко сжал ее в объятиях. Тут младенец, которого Долли снова взяла из рук кормилицы, с улыбкой протянул крохотные ручонки к отцу, и с его губ слетело: «Па… па… Па… па…»

— Джон! — воскликнула Долли.— Ты услышал его первое слово прежде, чем расстался с ним!

Каким волевым человеком ни был молодой капитан, но и он не смог сдержать слезу, упавшую на щечку маленького Уота.