- Нисколько, - возразила миссис Корнер, - ты ни капельки не был похож на них.

- Я сделал все что мог, - повторил мистер Корнер. - Мужчины не все одинаковы. А я бываю таким, когда напьюсь.

- Я никогда не просила тебя напиваться...

- Но ты это подразумевала, - прервал ее мистер Корнер. - Мы говорили именно о пьяных. Мужчина в той пьесе был пьян. А ты нашла его забавным.

- Он и был забавным, - упорствовала миссис Корнер, уже расплакавшись. Когда я говорила о пьяных, мне хотелось, чтобы ты был именно таким.

- Его жена, - напомнил мистер Корнер, - вовсе не находила его забавным. В третьем действии она угрожала ему, что уедет от него к своей матери, и, судя по тому, как ты сейчас одета, тебе пришла в голову та же мысль.

- Но ты... ты был ужасен, - простонала миссис Корнер.

- А что я делал? - спросил мистер Корнер.

- Ты барабанил в дверь...

- Да, да, я помню это. Я потребовал свой ужин, и ты дала мне яичницу. А что случилось потом?

Воспоминание о венчающем оскорблении придало ее голосу подлинно трагические нотки:

- Ты заставил меня повторять таблицу умножения на девять.

Мистер Корнер посмотрел на миссис Корнер, и она посмотрела на него, и на несколько минут воцарилось молчание.

- Ты действительно был... не помнил себя, - прошептала миссис Корнер, или только притворялся?

- Действительно, - признался мистер Корнер. - Был. В первый раз в моей жизни. И, если хочешь, - в последний.

- Я была очень глупа, - сказала миссис Корнер. - Прости меня, пожалуйста.