Вдалеке, за десятком поворотов горного серпантина, серый «Пежо-504» уверенно продвигался вперед. Сэр Джеральд Таррант, сидевший на заднем сиденье, зевнул. Он был усталым, но довольным. Он устал, потому что провел трудную неделю в Брюсселе, председательствуя на сессии координационного комитета по разведке при НАТО, а теперь уже восемь часов ехал по французским дорогам. Он был доволен, потому что через двадцать минут должен был оказаться в «Оберж дю Тарн», в маленькой гостинице над рекой неподалеку от Ла-Мален, где его ждала Модести Блейз.

В течение четырех дней он будет только гулять, ловить рыбу, а вечерами, возможно, проигрывать ей небольшие суммы в безик. Он давно уже ничего так сильно не ждал, как этих каникул с Модести. Ее общество оказывало на него поистине благотворное и умиротворяющее воздействие. Это, впрочем, было парадоксом. Те, кто знал Модести исключительно по ее делам, и не подумали бы применить эпитет «умиротворяющее» к чему бы то ни было, связанному с ней. Таррант подумал, что если ему очень повезет, то, глядишь, он сумеет разговорить ее и услышит пару историй из ее прошлого. Впрочем, на успех тут надеяться не приходилось.

Ни Модести Блейз, ни ее друг и соратник Вилли Гарвин не горели желанием делиться воспоминаниями о прошлом. Ни о том прошлом, когда они возглавляли международную преступную организацию Сеть, ни о событиях, случившихся после того, как они отошли от прежних дел и время от времени помогали Тарранту, поскольку опасное существование стало для них чем-то вроде наркотика.

Таррант вдруг загрустил. Рано или поздно они отправятся на очередное дело и не вернутся. Это казалось ему чем-то неизбежным, и за последнее время они дважды лишь чудом брали верх в ситуациях, когда победа казалась просто невозможна. Его мало утешало то обстоятельство, что их последняя роковая операция не будет задумана им, Таррантом, ибо вот уже довольно долго он наотрез отказывался вовлекать их в какие-либо активные действия. Но он понимал, что скорее всего это случится даже не по их инициативе. Просто они и беда были неразрывно связаны. Неприятности сами находили эту пару.