Этим наварх сохранил место в войске царя понтийского. Но уже не получил должности главноначальствующего над царским флотом, а был послан в далекую Тавриду усмирять боспорцев. Здесь он постарался показать себя и заслужил царскую милость – был оставлен временным правителем в Пантикапее. Но ненадолго, на какие-то полтора года!.. Теперь он, видимо, будет принужден возвратиться в Синопу, чтобы получить новую должность! Какую?.. Льстивые боспорские архонты намекали ему, что он опять станет навархом царского флота, и просили его быть их надежным проксеном – представителем в понтийском царстве. Обещали немалые подношения. И золотая Ника явилась как бы залогом их дружбы. Но одни боги да царь Митридат знают, что ждет его в недалеком будущем – почет и слава или испытания и унижения… Жаль терять власть! Кто однажды вкусил от ее плодов, тот уже никогда не примирится с уделом маленького, подчиненного человека!

Жарко. Голуби купаются в прозрачной голубизне летнего неба, солнечный свет и тепло льются на возбужденную, смеющуюся толпу. Всем интересно поглазеть на торжество, увидеть сильных и богатых боспорского мирка, а главное – не упустить случая взглянуть на нового повелителя Боспора, сына легендарного Митридата. Кораблей еще не видно, но уже поданы крытые экипажи, запряженные ретивыми конями. У жертвенника толпятся жрецы в белых балахонах, с зелеными ветвями в руках, готовые предложить прибывшему владыке принести благодарственную и умилостивительную жертву богам.

Всюду чувствуется хозяйский глаз. Многоцветные толпы горожан, как шумные волны моря, ограждены стальными рамками лучших воинов, образовавших широкую дорогу от порта к акрополю. Молодые рабыни пришли с корзинами свежих цветов и стали разбрасывать их по мостовой, пятясь задом.

Неоптолем потеет под жаркими лучами солнца и окидывает заботливым взглядом все вокруг, стараясь вовремя заметить и устранить непорядок.

– Жертвенные животные приготовлены? – спрашивает он глуховатым голосом Левкиппа, старшего жреца Зевса Спасителя, признанного главу жреческих кругов города.