- Я завязал, - горячась, шипел Михаил на улице, когда парни уже в третий раз подловили его у ворот шиномонтажки. - Я жениться хочу.

- И женишься! - убеждал со стоячими, как у рыбки, глазами Коля-колокольчик, главарь шпаны. - Чё тебе сейчас жениться? Ни хаты своей, ни колес.

"Мы уедем!" - чуть не вырвалось у Михаила, да вовремя язык прикусил.

Вяло пообещав подумать, он в тот же день рассказал об этих встречах Насте. И та впервые не смеялась, даже переменилась в лице, и ладошкой в грудь больше не толкала.

- Ой-ёй-ёй, - сказала Настя. - Они тебя заставят. Вот меня в ресторане "Якорь" воровать заставляли тетки… я сбежала в чайную. Денег всем надо, но ведь стыдно… мама меня крестила в четвертом классе…

"Что же делать?" - хотел было спросить Михаил у подруги. А та уже отвечала:

- Тебе надо уехать. А я к тебе приеду. Вот заработаю тысяч двадцать и приеду.

– Я сам заработаю! - смутился Михаил. - Я и механик, и водила, и плотничать умею. Давай сразу уедем.

- Нет, я сейчас не могу. Да и должно же быть приданое у невесты! - снова зазвенел ее смех. - Ты найди, куда, напишешь мне, и я к тебе приеду, Мишенька!

Так и договорились. Она жила с матерью в маленькой квартирке на улице Щорса, Михаил записал адрес вместе с индексом и на междугородном автобусе рванул на Север искать пристанище.

И вот нашел - позабытое если не Богом, то уж начальством точно - старое село. Здесь от водки помер тракторист Игнат, а трактор во дворе остался ржаветь, хоть и под пленкой. Вдова Игната из районного центра приезжала, где у дочки живет, старые шубейки забрала (мыши могут зимой из-нахратить), она и разрешила Михаилу взять механизм в аренду. Только чтобы каждый месяц пересылал ей по ее нынешнему адресу треть заработка. А бабки из села проследят. Ведь вся работа здесь - это им же огороды вспахать да дров из лесу привезти. А живут они на пенсию. Ни одного рубля не упустят женские глаза.