— Мистер Хорнблауэр просит разрешения поговорить с вами, — сказал первый лейтенант мистер Клэй, рапортуя как-то утром капитану.

— Пришлите его, как уйдете, — сказал Кин и вздохнул. Через десять минут стук в дверь возвестил о приходе крайне рассерженного молодого человека.

— Сэр! — начал Хорнблауэр.

— Я догадываюсь, что вы хотите сказать, — промолвил Кин.

— Когда я дрался с Симеоном, пистолеты были не заряжены!

— Верно, Хепплвит проболтался, — сказал Кин.

— Насколько я понимаю, сэр, это было по вашему приказу.

— Вы совершенно правы. Я отдал такой приказ мистеру Мастерсу.

— Вы допустили непростительную бесцеремонность, сэр! — сказал Хорнблауэр, то есть хотел сказать, но по-детски запнулся на длинных словах.

— Может быть и так, — спокойно отозвался Кин, по обыкновению перекладывая на столе бумаги.

Спокойствие ответа ошарашило Хорнблауэра. Он пролопотал несколько бессвязных слов.

— Я спас жизнь для королевской службы, — продолжал Кин, подождав, пока он смолкнет, — молодую жизнь. Никто не пострадал. С другой стороны, вы с Симеоном доказали свою смелость. Вы теперь знаете, что можете стоять под огнем, знают об этом и другие.

— Вы затронули мою честь, сэр, — начал Хорнблауэр приготовленную заранее речь. — Есть лишь одно средство смыть оскорбление.

— Успокойтесь, пожалуйста, мистер Хорнблауэр. — Кин с гримасой боли откинулся в кресле, приготовившись говорить. — Я должен напомнить вам об одном полезном флотском правиле: младший офицер не может вызвать на дуэль старшего. Причины понятны — иначе слишком легко было бы продвигаться по службе. Вызов младшего старшему — преступление, подлежащее трибуналу.

— Ox, — слабо сказал Хорнблауэр.

— Теперь один полезный совет, — продолжал Кин. — Вы дрались на дуэли и с честью выдержали испытание. Это хорошо. Никогда не деритесь снова — это еще лучше. Некоторые дуэлянты, как ни странно, входят во вкус, словно попробовавшие крови тигры. Они никогда не бывают хорошими офицерами и никогда не пользуются любовью команды.