— Что за бриг? — крикнул Пелью в рупор.

— «Мари Галант» из Бордо, — переводил офицер рядом с Пелью ответ французского капитана. — Двадцать четыре дня как из Нового Орлеана с грузом риса.

— Рис! — сказал Пелью. — Вернемся домой, я его продам за кругленькую сумму. Водоизмещение тонн двести. Команда не больше двенадцати. Понадобится четыре человека призовой команды и мичман.

Он огляделся, как бы ища вдохновения перед следующим приказом.

— Мистер Хорнблауэр!

— Здесь, сэр!

— Возьмите четверых из команды тендера и высаживайтесь на бриг. Мистер Соме даст вам наши координаты. Отведите судно в любой английский порт, какой сможете, там доложите о себе и ждите указаний.

— Есть, сэр.

Хорнблауэр находился на боевом посту у правой шканцевой карронады — потому, наверное, и привлек внимание Пелью. На боку у него был кортик, за поясом — пистолет. Думать надо было быстро, так как Пелью заметно нервничал. Корабль подготовлен к бою, значит его рундук служит частью операционного стола, оттуда ничего не достать — придется отправляться как есть. Тендер лавировал возле кормы «Неустанного». Хорнблауэр подбежал к борту и окликнул его, стараясь чтобы голос звучал как можно взрослее. По команде лейтенанта тендер повернулся носом к фрегату.

— Вот ваши широта и долгота, мистер Хорнблауэр, — сказал штурман мистер Соме, протягивая листок бумаги.

— Спасибо. — Хорнблауэр сунул листок в карман. Он неуклюже перелез на бизань-руслень и поглядел вниз на тендер. Сильно качало, оба корабля одновременно почти зарывались носом в море. Просвет между ними был ужасающе велик. Бородатый матрос на носу тендера с трудом зацепился за бизань-руслень длинным багром. Хорнблауэр секунду колебался — он хорошо знал свою неловкость. Вся книжная премудрость бесполезна, когда надо прыгать с корабля в шлюпку.