Еще этот миссионер сказал, что хотел бы видеть "зубастый" закон против Яге, -- и весьма агрессивно оскалился, таким образом беря закон в собственную жрущую тушенку пасть. Прошло тридцать семь лет, но я ненавижу его и вот в этот самый момент -- 9.06 утра, вторник, 23 октября 1990 года.

Вероятно, он бы простил меня и возлюбил, если бы ему, как буквальному христианину, представилась необыкновенная возможность сделать это через время. ("Брат, мы учим их Библии!") Но врагом он меня никогда не считал. А к интуиции такие люди испытывают ужас.

"Слово Господне утверждает, что Оккультное -- враг".

Игра идет на выживание, Уильям. Паршивейший из хипаков -- посланник мой... не ожидайте сияющих посланников света. Рассчитывайте увидеть порочных, увечных телом и духом. Все это -- пущенное задом наперед кино... от Атомной Бомбы к Манхэттенскому Проекту и обратно к формуле Е = МС2.

"Нам нужно было занять все места".

Меч с часами на одной стороне. Вечеринка нудистов.

(Виварий плавает в лакуне. Прекрасная змея, очень ядовитая. Она и на вид смертоносна, ослепительная, сверкающе белая, с ярко-красными пятнышками.)

Я взбираюсь на верхний этаж громадного склада по железным лесенкам и эстакадам, большая пустая комната с окнами, из которых мне видно на пятьсот футов вниз. Я пришел сюда, разумеется, для того, чтобы слететь вниз. Нужно чем-то разбить окно. Железный прут или, может, высокий табурет вроде того, которым мужик вышиб стеклянную дверь "Млечного Пути" в Амстердаме, а Бенн Поссет(11) прикрыл меня своим телом?

~~~

Я -- в пижаме, на закрытой станции подземки.

А теперь -- с Джеймсом Грауэрхольцем(12), который несется через все станции с нечеловеческой скоростью и проворством.