Чайковского, гостиницу «Пекин», дом, в котором кинотеатр «Москва» (ныне — «Дом Ханжонкова», ну а площадь снова «Триумфальная»). Рисовал жилые дома на проспектах Ленинском и Кутузовском, а после смерти Сталина построил Библиотеку иностранной литературы, гостиницу «Россия» и Дом правительства на «Краснопресненской», пристроив свой же проект «Дома Аэрофлота», сделанный еще в 30-е, тогда хотел поставить его напротив Белорусского вокзала. Высотку на Котельнической тоже он воздвиг, а еще — еще он заполнил водой фундамент Дворца Советов, назвав результат бассейном «Москва».

Очевидно, был эстетом, что засвидетельствовано его интерьерами. На «Киевской-Филевской» настелил тщательный орнамент, фактически — ковровый узор станционного пола из мраморной мозаики. Пол сохранился кусками, например — в переходе на «Киевскую-Кольцевую», возле нынешней закусочной, на платформе-то все давно уже устлали тротуарно-сантехническими плитами. Мало того, в плиту перекрытия «Киевской-Филевской» он вделал 150 сферических чаш, работавшими отражателями для подвешенного к каждой из чаш светильника. 150 чаш, в три ряда. Сами эти полусферы никуда не делись, но вместо исходных 150 конусообразных люстр из бронзы и стекла там теперь голые неоновые рожки: по три в каждой впадине, похожи на телеантенны 60-х годов. Люстры сперли очень давно, даже на фотографиях 60-х годов видны уже эти гнутые рожки. Но мозаика между закусочной, торгующей бурритос, и игральными автоматами очень хороша: небольшие плоскости отполированного мрамора: пепельного, мышиного цвета, цвета слоновой кости и песчаного цвета. На мозаике обычно спят собаки — на «Киевской» всегда много больших, спокойных собак. Чечулин, наверное, верил в счастье.

* * *

Напротив Новодевичьего есть односторонняя улица (со второй стороны пруд перед монастырем, улица называется «Новодевичий проезд»), а в одном из ее домов мебельный магазин. Он на всю длину дома, стеклянная витрина тянется метров на пятьдесят. Магазин занимает весь этаж, насквозь — с улицы видны окна во двор. Там повсюду образцы мебели: в одной части диваны, рядом — гарнитуры, дальше кабинеты, кухни, туалетов разве что нет, а, может, их просто с улицы не видно. То есть ничего особенного, мебельный как мебельный, но этот — такой длинный и нараспашку, да еще там внутри и перегородки, как в квартирах, — так что будто и не магазин вовсе.