Нас подключили к проведению следствия на другой день. Вещественных улик в этом деле было лишь две - кровь на стене и отрезанный палец. В обоих случаях группа крови совпадала с группой крови Анны Кондратьевой. Кроме этого не было больше ничего, были одни лишь вопросы. Прежде всего, если это сделал маньяк, то где он скрывался? Совершенно исключено, чтобы Журавель и Петухова его не заметили: комнатка слишком мала. Кто-то мог туда зайти после того, как учитель и девочка вышли и перед тем, как туда вошла Аня. Однако, зачем было так делать? Предположим, бандит не напал на взрослую женщину с ребенком, потому что побоялся, что это не обойдется без шума, его, наверное, больше устраивала одиночная жертва. Быть может, после того, как Журавель вышли и до того, как они дошли до Анны - это приблизительно 25 метров, преступник успел забежать в туалет и стал там ждать. Но опять ведь могла придти взрослая женщина, и не одна. Что туда сейчас отправится Кондратьева, он конечно, не знал. Как бы он поступил, если б сразу вошло несколько женщин? Может быть, он стал бы разыгрывать из себя пьяного, притворился бы, что он ничего не понимает - и вышел.
Мы опросили всех работников парка, не было ли за последние месяцы слышно о таких случаях? Выяснили, что - нет.
Войти туда после Ани никто так же не мог, потому что Журавель постоянно поглядывала на дверь и никуда не уходила. Тем более никто не мог бы незаметно из туалета вынести девочку.
Прорабатывались и другие версии проникновения: через форточку и через выгребную яму. То, что бандит мог пролезть через форточку нам показалось совершенно невозможно: эти форточки хотя и без стекол, однако не настолько велики, чтобы через них можно было быстро залезть, вынести кого-то и еще успеть скрыться; главное же - форточки женского отделения смотрят на ту тропинку, где были женщины, и они просто не могли не заметить, если бы началось какое-нибудь движение возле них.