Самым грозным образом лейтенант отдал приказ солдату, и солдат, изображая поспешность, потрусил к расположению полка.

Повар курил сигару, с удивлением разглядывал ее после каждой новой затяжки и по-мальчишески длинно сплевывал.

Сержант сворачивал цигарку.

— У тебя что, махра? — спросил повар и сплюнул.

— Ага.

— Кременчугская, моршанская?

— Моршанская.

— Тьфу! Это же не махорка, а «смерть немецким оккупантам!» Дать тебе сигару? У меня еще одна есть.

— Не хочу, спасибо.

— Интеллигент! — рассмеялся повар. — «Не хочу, спасибо!»

Еле волоча ноги подошел солдатик, которого лейтенант послал узнать про машину.

— Оставь покурить, — сказал он сержанту и присел рядом.

Сержант два раза затянулся поглубже и передал окурок солдату.

— Есть будешь? — спросил повар у солдата.

— А чего там у тебя?

— Каша с мясом.

— Ну ее... — отмахнулся солдат и повернулся к сержанту. — Ты не за артистами приехал?

— Нет, я на склад боепитания, за излишками.

— А-а-а. А за артистами никто не приезжал?

— Понятия не имею, — ответил сержант.

Солдат докурил, зевнул, потянулся и встал:

— Спасибо за компанию. Побёг.

И неспеша двинулся в сторону кирхи.

Потом он, непонятно каким образом, запыхавшийся и взъерошенный, торопливо докладывал лейтенанту.

Лейтенант похлопал по плечу и убежал. Солдат посмотрел вслед лейтенанту и лениво стрельнул у кого-то покурить.

А лейтенант уже докладывал начальнику штаба, и тот кивал головой...

Потом начальник штаба что-то шептал замполиту...

Потом замполит отвел командира полка в сторону от артистов и тоже что-то пошептал...

А потом наш сержант стоял перед начальником штаба и тот ему говорил:

— Погрузишь артистов и в дивизию.

— А ящики с боеприпасами куда? Их там штук сорок.