Фазиль Искандер

Мой дядя самых честных правил

Мой дядя самых честных правил

Когда ребята с нашей улицы начинали хвастаться своми знаменитыми родичами, я молчал, я давал им высказаться.

Военные проходили по высшей категории. Но и среди военных была своя особая, подсказанная мальчишеским воображением субординация. На первом месте были пограничники, на втором - летчики, на третьем - танкисты, а потом остальные. Пожарники проходили вне конкурса.

Тогда еще не было войны, а у меня, как назло, ни один родственник не служил в армии. Но я имел свой особый козырь, которым пользовался довольно успешно.

- А у меня дядя сумасшедший,- говорил я спокойным голосом, отодвигая на некоторое время слишком реальных героев своих товарищей. Сумасшедший это необычно, а главное, почти недоступно. Летчиком и пограничником можно стать, если хорошо учиться, так, по крайней мере, утверждали взрослые. А они, конечно, знали что к чему. А сумасшедшим не станешь, будь ты самым что ни на есть отличником. Конечно, если не заучиться. Но нам это не грозило.

Одним словом, сумасшедшим надо родиться, или в детстве удачно упасть, или заболеть менингитом.

- А он настоящий? - спрашивал кто-нибудь из ребят недоверчиво.

- Конечно,- говорил я, ожидая этого вопроса,- у него справки есть, его смотрели профессора.

Справки и вправду были, они лежали у тетки в швейной машинке "зингер".

- А почему он не в сумасшедшем доме живет?

- Его бабушка туда не пускает.

- А вы не боитесь его по ночам?

- Нет, мы привыкли,- говорил я спокойно, как экскурсовод, ожидая следующих вопросов. Иногда задавали глупые вопросы, вроде того, не кусается ли он, но я оставлял их без внимания.

- А ты не сумасшедший? - догадывался кто-нибудь спросить, глядя на меня проницательными глазами.

- Немножко могу,- говорил я со скромным достоинством.