Осторожно, выверяя каждый шаг, охотник боком стал пробираться по кромке уступа, спиной прижимаясь к голой скале.

Медвежонок лежал с закрытыми глазами. Охотник дотянулся до него лыжной палкой. Ремешок, в который продевают руку, надел на голову зверька и стал поворачивать палку, закручивая ременную петлю… Потянул. Ветка гнулась, а медвежонок вцепился в нее когтистыми лапками и замер. Его дергали за шею, но он даже не открывал глаз. Но когда охотник все, же сорвал его с ветки, рыжий бесенок вдруг ожил — бился на конце палки, стаскивая петлю, и раскроил себе надвое кончик уха. Человек схватил медвежонка за загривок и, держа в вытянутой руке, осторожно вернулся на безопасное место. Затолкал зверька в вещевой мешок. Медвежонок сразу затих в темноте.

Охотничья палатка стояла неблизко. Медвежонок пригрелся у спины и почти всю дорогу спокойно лежал. А потом вдруг начал метаться, фыркать, рвать мешок когтями. Порвал на полоски, даже до куртки добрался. Охотник швырнул мешок в палатку. Мешок прыгал, катался, чихал. Человек развязал его и понял, какую пытку устроил себе медвежонок — он разорвал в мешке пачку крепкой махорки.

Медвежонок забился в угол и горько, по–детски всхлипывал.

Охотник покормил сушеной рыбой ездовых собак, вернулся в палатку и стал готовить ужин на маленькой, чуть больше буханки, железной печке. Когда он взял из угла чайник, медвежонок встал. Человек теперь не казался ему таким страшным. Страшным был мешок. Медвежонок по стенке обошел его и задел лапой бинокль. Человек протянул к зверьку руку и получил пару царапин. А медвежонок заработал шлепок и опять забился в угол.

После ужина охотник лег спать. Медвежонок зашевелился, подобрался к голове человека, нашел ухо и принялся сосать. В это время затеяли драку собаки. Медвежонок сразу спрятался в угол. Охотник зажег свечку. Нужно было перевязать собак подальше друг от друга. А то не дадут спать.