Я читал много книжек о путешествиях по морям и океанам. В детстве обнаружил у себя дома "Путешествие на Кон-Тики" Тура Хейердала. Я не мог нарадоваться, перечитывая книгу снова и снова, кажется, несчетное количество раз. Почему так увлекают обычные записки путешественника? Наверное, просто потому, что все было на самом деле, и я верю написанному. И когда представляю себя в гуще книжных событий, мне кажется, будто все случилось и со мной тоже. "Путешествие на Кон-Тики" — волшебная книга. Я сразу полюбил ее, потом надолго забыл, а сейчас вдруг вспомнил и обрадовался заново.

Хочу переплыть море, хочу настоящего путешествия. От напора приключенческой страсти вдруг тяжело задышалось, и я вышел на улицу. Серые свинцовые тучи заволокли небо, ветрено и холодно — это поздняя подмосковная осень, но мне все равно — мысли мои далеко, в тепле мечты.

После целого ряда умственных упражнений над политической картой Советского Союза и прочтения путевых записок знаменитых путешественников я начал произносить в публичных местах восторженные речи во славу дальних и опасных странствий.

Люди! Человечество в опасности, ему не хватает подвига. Без подвига жизнь на земле зачахнет и исчезнет бесславно и бесследно. Земля будет существовать порожняком, она погибнет со скуки. Этого допустить нельзя. Мы должны суметь, мы должны, во что бы то ни стало, совершить. Лично я хочу!

— Я тоже хочу совершить. Я думал об этом и раньше, только сказать стеснялся, — это мой друг Женя Ковалевский. Он вышел из толпы и встал рядом со мной, решительно повернувшись грудью к народу.

То, что получилось в результате полугодового труда и энтузиазма молодости, было нечто из старых камер от казенных грузовиков и стальных, стянутых со строительства советских домов, водопроводных труб диаметром один дюйм с четвертью. Плавсредство размером 6 метров в длину и 4 в ширину весило около тонны. Как все это хозяйство доставить на море — не знал никто. Но нам все равно. Молодость слабо соображает, что будет дальше. Ее цель — только вперед.