-- Я бы хотела кое-что сообщить, - начала Симонен, изо всех сил стараясь говорить бодро, но голос ее звучал хрипло и тихо. - Я...

Она вдруг замолчала, лицо девушки исказилось болью, судорога свела ее тело, колени подвело к животу. Она вскрикнула и упала на пол, судорожно сжав на груди руки. Ее вырвало кровью. Не помню, как я оказался рядом с ней. Девушка вцепилась в мою руку и прошептала:

-- Кажется, меня отравили...

Она попыталась еще что-то сказать, но кровь изо рта хлынула новым потоком.

-- Доктора! - закричал мсье Манури.

Он сел рядом с Симонен на колени и принялся вытирать платком окровавленное лицо девушки.

-- Все будет хорошо, Сюзанна, - твердил он.

Но я сразу понял, что несчастная девушка обречена. Когда прибежал врач, Сюзанна была мертва. Ее рука все еще держала мое запястье. Я поднял глаза на собравшихся, которые с ужасом взирали на эту сцену. Мой взгляд встретился с взглядом мсье Симонена, лицо которого было бледнее мертвеца.

-- Это не я, - прошептал он, видя в моих глазах обвинение.

Я высвободился от мертвой руки и уселся в кресло. На какое-то время мои мысли погрузились во тьму, я ни о чем не думал, просто сидел, глядя в одну точку. Из этого мрака меня вывел голосок Мадлен.

-- Макс, вы весь в крови! - услыхал я.

Только сейчас я это заметил. Мне стало жутко. Я окинул взглядом опустевший зал, коллег которые заботливо расспрашивали меня о моем самочувствии, скорченное тело Симонен на полу, плачущего адвоката Манури. Постепенно ко мне вернулась способность соображать.

-- Вы думаете, что это убийство? - спросила меня Мадлен, когда мы пришли в мой кабинет, и я понемногу пришел в себя.