Торопливо подошел Гонтран и, весело блестя глазами, вполголоса позвал:

-- Поль! Поль! Идем скорее. Я тебе покажу двух прехорошеньких девочек. Ну до того милы, дет того милы, просто чудо!

Бретиньи лениво поднял голову.

-- Нет, дорогой мой, мне и здесь хорошо. Никуда я не двинусь.

-- Напрасно, ей богу. Такие красотки!

И Гонтран добавил уже громче:

-- Да вот доктор нам сейчас скажет, кто они такие. Доктор, слушайте -- две юные особы, лет восемнадцати -- девятнадцати, две брюнеточки, должно быть, деревенские аристократки; одеты очень забавно -- обе в черных шелковых платьях с узкими рукавами в обтяжку, как у монашенок...

Доктор Онора прервал его:

-- Все ясно! Это дочери дядюшки Ориоля В самом Деле, обе они прелестные девочки и, знаете ли, воспитывались в Клермонском пансионе у "черных монахинь". Наверняка обе сделают хорошую партию Характером они не похожи друг на друга, но обе типичные представительницы славной овернской породы. Я ведь коренной овернец, маркиз. А этих девушек я вам непременно покажу.

Гонтран перебил его ядовитым вопросом:

-- Вы, доктор, вероятно, домашний врач семейства Ориолей?

Онора понял насмешку и с веселой хитрецой ответил:

-- А как же!

-- Чем же вы завоевали доверие этого богатого пациента?

-- Умными рецептами. Прописывал ему побольше пить хорошего вина.

И он рассказал забавные подробности домашнего быта Ориолей, давнишних своих знакомцев и даже дальних родственников. Старик отец -- большой чудак и страшно гордится своим вином. У него отведен особый виноградник на потребу семьи и гостей. Обычно удается без особого труда опорожнить бочки с вином от этих заветных лоз, но в иные урожайные годы бывает нелегко с ним справиться.