Так не без ехидства писал Вольтер; затем, намекая на двух сестер, увезенных Мопертюи, одна из которых сумела его прельстить, он говорил:
Одну ошибку совершил, За круг полярный забираясь, Но кто б ее не извинил.
« Во всяком случае, – указывает А. Мори в «Истории Академии наук», – в результате существенных погрешностей, зависевших от инструментов и методов, которые применялись посланными на север астрономами, сторонники теории сплющенности Земли получили более веские, чем в действительности, подтверждения своих взглядов; и в следующем веке шведский астроном Сванберг исправил их невольные преувеличения в своей прекрасной работе, опубликованной на французском языке».
Тем временем другая экспедиция, направленная Академией в Перу, приступила к аналогичным работам. В состав экспедиции входили Кондамин, Бугер и Годен, все трое академики, Жозеф де Жюсье, профессор медицинского факультета, ведавший ботанической частью, врач Сеньерг, часовой мастер Годен-дез-Одоне и художник; 16 мая 1735 года ученые покинули гавань Ла-Рошель. Они произвели ряд астрономических наблюдений в городе Картахене (Колумбия), в Портобелью (Панама), пересекли Панамский перешеек и 9 марта 1736 года высадились в селении Манта на территории Эквадора.
Там Бугер и Кондамин, отделившись от своих спутников, занялись изучением колебаний маятника, а затем различными путями достигли города Кито.
Кондамин двигался вдоль берега реки Эсмеральдас и составил карту всего этого района, пройденного им ценой величайших усилий.
Бугер направился на юг к городу Гуаякилю, миновал болотистые леса и достиг города Караколес у подножия Кордильер, переход через которые отнял у него неделю. Таким же путем когда-то шел испанский конквистадор Педро д'Альварадо, причем семьдесят его спутников погибли в горах, в том числе и три испанца, попытавшиеся первыми проникнуть в эту страну. 10 июня Бугер добрался до Кито. В то время в городе насчитывалось тридцать или сорок тысяч жителей; там жил епископ – председатель верховного суда, имелось несколько религиозных общин и две школы. Жизнь была довольно дешевая, только чужеземные товары продавались по баснословной цене: например, обыкновенный стакан стоил 18-20 франков.