- Ишь, как четко все выписал, - похвалил купца Иван, - буковка к буковке. Он и дела свои так ведет. Грошик к грошику - копейка. И каждая копейка у него точно гвоздем прибита. Скуповат и прижимист Илья Фомич неимоверно, но на коллекцию свою деньги не жалеет. - Он поднес листок ближе к глазам и прочитал:

- На 633 листах. Шесть листов литерных. Написано полууставом и скорописью разных рук конца XVI века. Бумага с водяными знаками. На чистой странице в начале книги запись скорописью второй половины XVII века: "Книга Григорей Синаит". На обороте второго листа запись скорописью другой руки XVII века:

"Сия книга Владимирского Рождественского монастыря церковная". На третьем - заставка растительного орнамента.

Переплет - доски в коже, медные жуки и застежки. - Иван с удивлением посмотрел на Алексея:

- Зачем это тебе, если за дело взялся Ольховский?

- А так, на всякий случай, - ответил тот уклончиво и спрятал бумагу в карман. - Я за те полдня, что этой кражей занимался, много чего узнал. И не только от Чурбанова. После я еще в музей забежал, там тоже кое-что разведал. Ты как раз приметы самой ценной книги прочитал. А в музее мне о ней подробно рассказали. Хранитель фондов Иннокентий Владимирович Голдовский, говорят, даже затрясся, когда Чурбанов пригласил его к себе и показал эту рукопись. Она была местами подпорчена, и ему требовался специалист, чтобы реставрировать ее. У старообрядцев есть подобные мастерские, скриптории, где восстанавливают утерянный текст или переписывают поврежденные места, заново переплетают, делают застежки.

Только эти скриптории окружены тайной, и мало кому известно, как их найти. Обычно они прячутся в самых глухих местах: в тайге или в горах.

- Когда Чурбанов приглашал Голдовского к себе?

- Дней десять назад. Но тот не взялся ее реставрировать, побоялся не справиться, хотя кое-какие древние книги до этого реставрировал. Объяснил, что книга уникальная и стоит бешеных денег у коллекционеров.