В этой книге он многое сказал о себе. Далее выходят «Комната с видом» (1908) и «Хауэрдс Энд» (1910). Форстера провозглашают крупнейшим британским романистом. Ему тридцать один год. Амбиции удовлетворены. Он действительно стал неотъемлемой частью той элиты, влиться в которую мечтал с ранней юности, — не семьи политиков, а весьма закрытой касты рафинированных интеллектуалов. Но больше всего он мечтал о простом человеческом счастье. И мог вообще ничего не писать. Однако будучи уверен, что личное счастье для него недостижимо, он искал достойной замены, которая виделась ему в литературном труде и общении с близкими по духу людьми.

Он не мог говорить открыто. Искал метафоры. При этом у него плохо получалось описание любви между мужчиной и женщиной. Ему вообще нелегко давалось изображение глубоких чувств, но не потому что он не испытывал их сам. Испытывал, но держал их глубоко внутри, и это не могло не сказаться на манере его письма. В одном из своих произведений он обронил знаменательную фразу: «Общество действительно незыблемо, но ваша подлинная, внутренняя жизнь целиком принадлежит вам, и ничто не может на нее повлиять».

Лили не могла не осознавать сексуальную природу своего сына. Прежде она ревновала его к Мередиту. Но влюбленность в Масуда, по ее мнению, превзошла все границы! Кроме того, Лили ревновала сына к его растущей славе. Его приглашали на разнообразные публичные мероприятия, звали читать лекции, выступать на радио. Так много успеха и в таком раннем возрасте!

Форстеру очень хотелось вновь увидеть Масуда, который к тому времени возвратился на родину. Первое путешествие в Индию состоялось в 1912 году. В Порт-Саиде к Форстеру присоединился Голдсуорти Лоуз Диккинсон. Задушевного общения с Масудом не получилось — помешала многочисленная родня последнего, оказавшая гостю чересчур радушный прием. Зато огромное впечатление на Форстера произвела остановка в Чхатарпуре у магараджи Бахадура Сингха, в котором Форстер обнаружил родственную душу.