– Красивая, – согласился он. – Соревнование-то было так себе, по случаю выставки в одной деревушке.

– Настоящее золото.

– Да, другого мне в жизни не перепало.

– Мой дедушка судит на выставках. Может, он и присудил вам эту медаль.

– Вряд ли, – улыбнулся он. – Ближайшая выставка будет сороковая с того дня. Это в Уиттоне было.

– Моя бабушка из Уиттона.

Тут бабушка сочла нужным обратить внимание на происходящее и вступила в разговор:

– Он вам не мешает?

Старик подался вперед.

– Не беспокойтесь, миссис. Мы прекрасно проводим время. Благосклонно улыбнувшись, она кивнула и отвернулась от нас. А старик продолжал смотреть на нее.

– Возьмите свою цепочку, мистер, спасибо, – сказал я.

– Не за что, сынок.

Он перевел на меня посерьезневшие глаза, потом опустил в жилетный кармашек цепочку с медалями. Снова взглянул на бабушку и чуть слышно пробормотал:

– Ни дать ни взять – она.

– Это она, мистер, – сказал я, – моя бабушка.

Он рассмеялся и взъерошил мне волосы, отчего я не пришел в восторг. У нас дома такие проявления чувств не приняты.

– Стало быть, твоя бабушка из Уиттона? Я сказал, что да.

– Тогда ты совсем молодец, – сказал он убежденно. – Бери карамельку.

– Я бы лучше пересел на ваше место, – ляпнул я.

– Да ради бога! А я еще не решался попросить тебя поменяться местами! Солнце донимает.

Мы поменялись с ним местами, и у меня в руке, словно сам собою, оказался кулек с леденцами. Тут и бабушка вышла из задумчивости.

– Что происходит? Он в самом деле вам не мешает?

– Не волнуйтесь из-за парнишки, миссис. Он сидел, глядя прямо перед собой.

– Он говорит, вы из Уиттона?

– Вот язык-то без костей! А я видел, что ей приятно.

– Вы что, тоже из Уиттона?

– Ты мало изменилась, Маргарет, – сказал он вместо ответа.

– Откуда вы знаете, как меня зовут?

– Я не забыл твой голос. Как только ты заговорила, я тебя сразу узнал, а тут еще малец сказал, что ты из Уиттона, – вот все и сошлось.