Следующая минная постановка была выполнена теми же бронекатерами в ночь на 26 июня. Цель ее заключалась в том, чтобы заблокировать Сулинское гирло Дуная, в котором, по данным разведки, находились два вражеских монитора. Выполнение задачи на этот раз осложнилось тем, что на реку вечером лег плотный туман. Между тем суть ее оставалась прежней — дать возможность противнику обнаружить наши катера.

Из Измаила вышли в три часа ночи и малым ходом пошли к Сулинскому гирлу. Но в тумане и темноте прошли мимо него, поднявшись выше по Дунаю. Когда на катерах обнаружили ошибку и легли на обратный курс, уже начинало светать. В момент подхода к запланированному месту постановки мин туман стал редеть, и в предрассветных сумерках на катерах прямо перед собой внезапно увидели замаскированные в прибрежных камышах вражеские мониторы.

Наши катера и вражеские корабли открыли огонь почти одновременно. Но перевес был явно на стороне противника. С точки зрения безопасности бронекатеров мины нужно было немедленно сбросить за борт, но командовавший этим отрядом заградителей капитан-лейтенант Н. Иссарев и в этих неблагоприятных условиях не отказался от выполнения боевой задачи. Некоторое время катера отходили, прикрываясь камышами, а затем резко повернули на середину реки и, выйдя на фарватер, начали ставить мины, что, конечно же, было замечено противником. Выполнив боевую задачу, все четыре бронекатера под прикрытием дымовых завес благополучно вышли из-под огня врага и вернулись на базу.

После этой минной постановки вражеские мониторы, находившиеся в Сулинском гирле, около недели не появлялись на Дунае и не участвовали в активных боевых действиях. Вероятно, у противника не было возможности сразу протралить район известного ему минного заграждения, а форсировать его без предварительного траления он не рискнул.