Через два часа моряки прибыли на берег Сиваша. Место, указанное для постановки мин, представляло собой сплошную трясину. Грязь была где по колено, а где и по пояс. На сухих участках белела соляная корка.

— Может, где поглужбе место выбрать? Как мы здесь наши «дуры» замаскируем? — обратился к Титову Коробков.

— Ставить будем там, где приказано! — отрезал Титов. К вечеру подошел взвод солдат во главе с пожилым на вид старшим сержантом, а еще часа через полтора прибежал посыльный и сообщил, что на станцию прибыл поезд с секретным грузом.

Мины разгружали все вместе, солдаты и моряки, на автомашинах доставляли их к берегу, а затем тащили вручную на приспособленных под волокуши деревянных щитах, в которые впрягались по десять — двенадцать человек. Маскировали мины в бурьяне. Солдаты с опасением и недоверчивостью оглядывали большие черные шары.

К утру, измученные ночной работой, все уснули тут же, на пожухлой траве.

Утром решено было рыть в грунте ямы, а затем укладывать в них мины, заваливая все сверху песком и илом. Для того чтобы лишить мины возможности всплывать, Титов предложил вскрывать одну из горловин и через нее засыпать в корпус мины по пятьдесят килограммов песка. В дополнение к штатным ударным взрывателям решили ставить еще и взрыватели натяжного действия от противопехотных мин, а сами мины соединять попарно стальными тросиками. В случае натяжения такого тросика две рядом стоящие мины взорвутся одновременно. На одной из мин проверили надежность взрывателя при натяжении троса. Взрыватель сработал безотказно.

Через две недели старшина 1-й статьи Б. Титов доложил начальнику инженерной службы о выполнении задания. Когда представители штаба армии подъехали к берегу, ничто не говорило о том, что в жидкой грязи Сиваша в пятидесяти — ста метрах от них стоят в боевом положении сто двадцать морских мин.