Воздух был чудный, живительный для тех, кто просыпался после долгого сна, но те, кто оставались на судне, были охвачены новым страхом. Когда взошло солнце, оно осветило лицо умершего, лежавшего в том же положении, так что экипаж, выйдя ободренный, отшатнулся. Все боялись дотронуться до него и опустить в море, служащее местом упокоения для умерших. Мессенджер сам понял, что подобное напряжение не может долго продолжаться, и при перемене вахты вдруг приказал направляться прямо к «Семирамиде», хотя риск такого действия был ему очевиден.

Все были в полном восторге от мысли, что освободятся от невыносимого заключения. В одну минуту все ожило. Оставались в бездействии только пятеро из экипажа; один из них был почти мальчик, которого звали Билли и считали полудурком. Помощник, который после драки лежал около люка почти без чувств и связанный, был забыт всеми. Между тем «Адмирала» сразу заметили с «Семирамиды» и начали давать сигналы, а через 10 минут судно подошло к большой яхте. Немедленно принялись за перегрузку золота. Это было сделано очень быстро; затем все поспешили покинуть «Адмирала». «Семирамида» снова дала ход и стала удаляться от покинутого судна.

Теперь все стали ждать крушения его. Но прежде чем это произошло, показалось на мостике судна видение, заставившее побледнеть лица торжествующего экипажа и вызвавшее у всех крики злобы и страха. Это был помощник шкипера, Майк Бреннан, о котором совершенно забыли. Теперь он вдруг показался у колеса и с бешеными проклятиями обрушился на отъезжающих. Там он стоял некоторое время. Вдруг раздался сильный гул как бы от сильного взрыва в машинном отделении, и маленький пароход, накренясь на бок и подняв корму над волнами, через несколько минут погрузился в воду. Вместе с судном исчез и помощник. Но когда он исчезал, раздался голос идиота Билли.

– Я его освободил! Я это сделал! Кто хочет выслушать Билли? Да будут прокляты умные…

Смерть Бреннана произвела сильное впечатление на экипаж «Семирамиды».