Трагическое бегство

Слух, что на «Семирамиде» не было достаточно угля для переправы на юг, скоро распространился среди экипажа, и на время всех охватили такие же мрачные мысли, какими только что был занят Мессенджер. Было очевидно самому скудному уму, что опасность грозила с европейского берега и что безопасность могла быть только в свободной атмосфере Южной Америки, где судебные повестки доставляются очень медленно, а над договором о выдаче преступников смеются.

Поэтому сознание, что они быстро уходят от «Неро», действовало на экипаж, как подкрепляющее средство, возбуждая радостное чувство. В то время как крейсер скрывался за горизонтом, они весело пели и когда Берк уменьшил ход, чтобы сохранить нужный запас угля до Корунны, можно было опасаться, что экипаж взбунтуется от радости. Такое настроение продолжалось до ночи; ветер прекратился после 8-й вахты, и луна живописно освещала залив. Но все утомились от долгого бодрствования, и в полночь матросы разошлись, другие тоже последовали их примеру, оставив Кеннера сторожить у двери, а на его место на мостике поставили кроткого Паркера. Некоторое время им приходилось только слышать завывание ветра и плеск моря или смотреть на затемненный горизонт, где находился крейсер.

Ночью Кеннер и Мессенджер вышли на палубу проведать Паркера.

– Что показывает теперь лаг? – спросил его Мессенджер.

– Кажется, 16 узлов, – был ответ.

– А не прибавить ли ходу до 20 узлов?

– Извольте, – согласился помощник шкипера, – я сейчас дам команду. Только не рассердился бы капитан!

– Пошлите его ко мне! – проговорил Мессенджер, и, взяв Кеннера за руку, они пошли к тому месту, где брезентом было закрыто разбитое окно.

– Я, может быть, туп, Принц, – сказал Кеннер, – но не могу представить себе, что мы действительно участвуем в этом деле!