— Вы хорошо говорите по-шведски, — сказал он при этом. — Но похоже, ваш родной язык все-таки датский? Считаю своим долгом доставить вас его величеству королю Фредерику Четвертому и надеюсь, король не разделит вашу веру в то, что вы доживете до преклонных лет.

Барон фон Стерсен немало постранствовал. В свое время он в недобром расположении духа покинул Копенгаген, оскорбленный недостатком королевской милости, и завербовался в славное войско короля Карла XII. Рассказывали, будто он помогал шведам разрабатывать планы завоевания Норвегии, которую хорошо знал. Затем участвовал в многочисленных битвах короля Карла, был взят под Полтавой русскими в плен, бежал, пересек половину Европы, загоняя взмыленных коней. Добрался до Нидерландов, где и сел на корабль, следующий в Гётеборг. И когда уже различал сквозь туман шведские берега, встретил свою судьбу в лице Турденшолда.

Хотя командор удостоен дворянского звания, он не изменил красочной речи своего родного Тронхейма. Ему известно, что они пожимают плечами, все эти длинношеие вельможи, и пренебрежительно щурятся, когда он проходит мимо, а иные презрительно сплевывают, когда командор твердым шагом покидает зал. Поговаривают, будто одна из самых высокопоставленных персон королевской свиты от негодования повернулась спиной и испустила мочу, услышав, что командора Турденшолда еще до конца этого года поставят прислуживать за столом королю, подносить кружку с вином либо его величеству, либо одной из его любовниц.

Но командор с «Белого Орла», коего матросы запросто называют Петером, сегодня все равно не в духе.