Между тем, Ларисе и Лене Никитич понравился с первого взгляда. Простой и улыбчивый, он напоминал им Дробычева, прапорщика из поселка Спутник, где располагалась база бригады морской пехоты Северного Флота. Тот Петрович, этот Никитич, и они даже чем — то неуловимо похожи друг на друга.

На небольшой кухоньке, где они сидели вечером, Никитич рассказывал им историю 16—й бригады и о том, как в январе 1963 года он, молодой солдат, начал службу в только что сформированной бригаде специального назначения.

— А формировал бригаду и стал первым её командиром полковник Шипка. Вот такая фамилия, как гора в Болгарии. Может слышали?

Девушки кивнули, и Никитич продолжил рассказывать обстоятельно, смакуя подробности, как это и принято у деревенских мужиков.

— Первое своё боевое крещение я принял в 1968 году, когда наши вошли в Чехословакию. Называлась операция "Дунай" и там впервые был задействован спецназ. Это было 20—го августа. В 23 часа наш транспортный самолет, в котором мы находились, сообщил о неисправности двигателя, и ему предоставили аэродром под Прагой. Самолет приземлился и ещё не успел остановиться, а мы уже выпрыгнули из самолета и бегом к контрольной вышке. Растерянные чехи не оказали никакого сопротивления. Мы сразу же взяли под контроль летное поле и здание аэропорта, и удерживали до прибытия Витебской воздушно — десантной дивизии. Вот так то, девчонки.

— Угощайтесь, Валентин Никитич, — пододвинула к нему ближе плитку черного шоколада Лариса. — И как, вернулись на базу без потерь?

— Спасибо. Это уже третья чашка чая, девчонки. Боюсь, пузо лопнет.